Люди
06 июня 2020 г.
Линия жизни Ксении Кривошеиной
1 АВГУСТА 2017, БОРИС КОЛЫМАГИН



Можно ли попасть внутрь черты? Этот вопрос возник у меня невольно после прочтения книги Ксении Кривошеиной «Оттаявшее время, или Искушение свободой», которая только что вышла в издательстве «Алетейя». Диссидентство, культурный андеграунд, ленинградский быт, сети КГБ, женевские встречи и запах «шанели» сквозь папиросный дым — все это можно найти на страницах воспоминаний наряду с именами Делоне, Ростроповича, Рабина, Альтмана…



И еще здесь говорится о том, что воздух свободы целителен для человека. И нельзя ради игр с «державностью» поднимать на щит Сталина и забывать те реалии, в которых существовали советские люди.

Кривошеина пишет несколько пафосно, но интересно. Вот уже тридцать пять лет она живет в Париже, часто бывает в России и пересекает ту черту, которая отделяет нас от остальной Европы.

Первый раз опыт такого пересечения был в далеком 1979 году. И это был психологически тяжелый опыт. В Бресте «в купе довольно бесцеремонно, сильно постучав, вошел проводник, женщина в форме и молодой военный». Паспорта наши отобрали, продолжает далее Кривошеина, пошныряли глазами по стенам, потолку, заглянули под нижние полки, приказали выйти из купе. И: «Я вдруг поймала себя на мысли, что чего-то боюсь, будто ты и вправду везешь контрабандное золото, банки черной икры или кого-то незаконно укрываешь под полкой».

«Чувство подопытного кролика перед вскрытием без наркоза меня не покидает до сих пор, когда я прохожу границу въезда-выезда из России», — признается автор. И вслед за ним любой среднестатистический россиянин может повторить эти слова. СССР возвращается не только в лозунгах, но и в разнообразных служебных практиках. И если, например, у тебя бутерброд с санкционной колбасой, то легко окажешься в числе нарушителей. А уж если батон захватил — пиши пропало.

Эта ситуация перехода повторилась еще раз, на границе двух Германий: «Морда черной овчарки сунулась сразу под нижнюю полку. “Всем встать, выйти!” Мы с моей соседкой в ночных рубашках, прикрываясь простынями, стояли перед немецкими пограничниками. Это был Берлин, Восточная зона. Женщина в форме подняла наши матрасы, посветила карманным фонариком вглубь под потолком, собака нас обнюхала, и по команде “Можете ложиться!” мы покорно залезли на свои полки. Нас закрыли на ключ, мы проезжали по Западной зоне Берлина».


Игорь Ершов и Ксения, 1978 год

Героиня находится у черты, но не внутри нее. А что внутри — другое зрение? Повествование, между тем, движется дальше. Ксения оказывается в Швейцарии, знакомится со своим будущим мужем Никитой Кривошеиным… Собственно, это произведение можно рассматривать как инвентаризационный список важных для автора сюжетов, тем, событий. Вот ее отец Ершов, художник и запутавшийся человек, вписанный в контекст эпохи. Судьба бросает его в разные стороны. Мы видим, например, как он становится главным художественным управленцем Торговой палаты и помогает молодым дарованиям. Впрочем, большим начальником Ершов долго не проработал, его съели.


Ксения Кривошеина

Вот ее мать, актриса Театра юного зрителя. Она сшила себе модное платье из японской ткани и не обратила внимания на орнамент, в который оказалась вплетена свастика — древний солярный знак. Партком вызвал актрису на ковер и поступил с ней милостиво — разрешил написать заявление об уходе по собственному желанию. Вот и сама Ксения — в перипетиях житейских треволнений, в прочерчивании своей линии жизни.


Никита Кривошеин


Иван Кривошеин, 1979 год


В книге немало наблюдений за великими. И интересные замечания. Вот, например, размышления Кривошеиной о Рихтере: «Впервые увидев его акварели и пастели, я была поражена, насколько они своим лиризмом и прозрачностью не похожи на львиную мощь этого сверхчеловека, но потом поняла, что этот серебряный колокольчик живописи есть потаенная часть его души. Когда он играл Шуберта, захватывало дух от полноты живописного полотна, легкость порхания рук над клавишами превращалась в волшебные переливы, комок подступал к горлу, обильно текли слезы».    

Художественные отрывки перемежаются риторикой, в общем-то правильной, хотя немного скучноватой. Но в целом книга оставляет впечатление документа эпохи. Документа, особенного актуального сейчас, когда многие черты советской жизни засияли вдруг в обманчивом цвете радуги.

 
Фотографии из книги Ксении Кривошеиной «Оттаявшее время, или Искушение свободой»

 












  • Леонид Гозман: Они сделали из Дня Победы что-то отвратительное, смешное и позорное, как водолазы из Орла, которые ходили по дну с портретами ветеранов. 

  • «Красная звезда»: Переоценка роли СССР ведёт к дискредитации Ялтинского мироустройства и установлению нового мирового порядка – без России...

  • Александр Братерский: Причем тут спортивная победа над дружественной современной Германией и нацизм. Таких "патриотов" гнать ссаными тряпками

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Наедине с Победой
8 МАЯ 2020 // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Так случилось, что празднование 75-й годовщины великой Победы пройдет принципиально иначе, чем мы привыкли за всю нашу предыдущую жизнь. Пандемия коронавируса перечеркнула грандиозные планы властей превратить День Победы в помпезное милитаристское торжество, которое после сомнительного голосования должно было легитимировать вечное правление Владимира Путина. На неопределенное время перенесен невиданный военный парад. Отложено и освящение гигантского, поражающего не только размерами, но и своей безвкусицей главного храма Вооруженных сил.
Прямая речь
8 МАЯ 2020
Леонид Гозман: Они сделали из Дня Победы что-то отвратительное, смешное и позорное, как водолазы из Орла, которые ходили по дну с портретами ветеранов. 
В СМИ
8 МАЯ 2020
«Красная звезда»: Переоценка роли СССР ведёт к дискредитации Ялтинского мироустройства и установлению нового мирового порядка – без России...
В блогах
8 МАЯ 2020
Александр Братерский: Причем тут спортивная победа над дружественной современной Германией и нацизм. Таких "патриотов" гнать ссаными тряпками
Коронавирус как Путин. Избавиться от него пока не получается
12 МАРТА 2020 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
В Москве мэр Сергей Собянин, видимо, проникшись драматизмом эпидемиологической действительности, неожиданно начал издавать указы. В принципе, законом это предусмотрено, но раньше Сергей Семенович как-то обходился распоряжениями. Вечером 10 марта был обнародован указ, согласно которому в Москве пока на месяц запрещаются все массовые мероприятия численностью более пяти тысяч человек, включая концерты и спортивные состязания. Наша футбольная лига уже ограничила продажу билетов на ближайшие матчи в столичном регионе. На данный момент в России зафиксировано двадцать случаев заражения коронавирусом. 
Прямая речь
12 МАРТА 2020
Николай Сванидзе: Никаких оснований полагать, что у нас реально дела обстоят лучше, чем в Европе, нет. С чего бы? Европа не граничит с Китаем, а мы граничим...
В СМИ
12 МАРТА 2020
"Ведомости": Трамп обвинил власти Евросоюза в том, что они не смогли предупредить распространение коронавируса, как это сделали США.
В блогах
12 МАРТА 2020
Лев Рубинштейн: Коронавирус. Семьдесят пять за доллар... А Фудзи стоит.
Снести бюст Сталина важнее, чем срыть Мавзолей
23 ДЕКАБРЯ 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Иосиф Сталин родился давно – 140 лет назад, да и умер, прямо скажем, не вчера. Но все это время, как утверждает лидер коммунистов Геннадий Зюганов, он «жив в памяти народа». Ну, в определенном смысле это, разумеется, так. Сталина помнят. Однако те же коммунисты еще двадцать лет назад не слишком часто носили его портреты и тему «культа личности» старались избегать. Ну, то есть какая-нибудь бабушка с горящим комсомольским взором несла на их демонстрации выцветшую репродукцию из журнала «Огонек» семидесятилетней давности, и никто ее под руки из колонны не выводил, но в целом главным пропагандистским фетишем Сталин для коммунистов в то время не был.
Прямая речь
23 ДЕКАБРЯ 2019
Кирилл Мартынов: Одна из наиболее правдоподобных и оптимистичных конструкций состоит в том, что в Сталине люди видят реализацию запроса на социальную справедливость.