Николай Сванидзе: Михаил Сеславинский — очень приличный человек... Поэтому сначала... Игорь Яковенко: Машенька спряталась — закрыла рученьками глазки.

ТК "Дождь": Администрация президента попросила главу Роспечати Михаила Сеславинского опровергнуть собственное заявление, опубликованное накануне ночью на сайте ведомства.

Анатолий Баташев: Порки не будет. Приезд Григорьева после жестких заявлений Сеславинского - это сигнал, что позиции Турчака куда крепче.

А ситуация-то простая, бытовая. Когда буйный дядька так чудит в обычной жизни — что нормальные мужики-соседи делают? Скручивают и успокаивают. А если не понимает человек аккуратного обращения, то просто морду бьют.

В телепрограммах, подводящих итоги минувшей недели, не было блоков, посвященных Украине. Слова и отдельные реплики были, а вот привычного ада про украинский фашизм, хунту и распятый Донбасс — этого не было. Во всяком случае, основные орудия информационной войны стреляли по другим мишеням: Сирия, Молдова, единый день голосования в России. Даже про нашу экономику и медицину немного поговорили. Я обещал в каждой «Медиафрении» находить на российских медиа пространствах что-то хорошее. Ну вот, пожалуйста. Поток антиукраинской истерии переключен на режим меньшей мощности. Нет, о его полном исчезновении речи быть не может. В газетах и в интернете все продолжается. Но главные калибры перенацелены в другую сторону. 

Мне уже случалось писать, что ЮН правил университетом как абсолютный монарх. К счастью, он не был самодуром, в целом отличался незлобивостью и незлопамятностью, прочно держал в уме одному ему ведомый план идеального образовательного учреждения, который мечтал воплотить в РГГУ. Когда мы с коллегами по Институту востоковедения предложили ему создать восточную кафедру, он тут же в ответ сделал свой ход, явно обдуманный и взвешенный: не кафедра, а институт, даже название у него было наготове — Институт восточных культур. Сразу чувствовался размах, воля, широта замысла.

Юрий Николаевич Афанасьев был одной из наиболее ярких фигур того периода нашей истории, который называют «Перестройкой», одним из тех, кого звали «прорабом Перестройки». Некоторые его высказывания, такие как «агрессивно-послушное большинство» или «страна с непредсказуемым прошлым», давно уже стали афоризмами и будут ещё долго использовать, в том числе и те, кто не знает или не помнит, кто их произнёс впервые.

Недавно министр культуры и председатель Российского Военно-исторического общества, доктор исторических наук В. Р. Мединский позволил себе ряд скандальных высказываний. Сначала им было заявлено в адрес директора ГАРФ С. В. Мироненко, что работники архивов должны заниматься «тем, за что государство им платит деньги, а не осваивать смежные профессии», ведь директор архива — «это не писатель, не журналист, не борец с историческими фальсификациями» и «Если есть желание сменить профессию — мы это поймем». По мнению В. Р. Мединского, сотрудники архивов — «могут предоставить людям документы, а дальше пусть уже журналисты делают выводы».

Из уважения к такой действительно большой исторической фигуре невозможно выбирать место для его памятника по принципу случайного подбора. Боровицкая площадь для Святого Владимира абсолютно случайна, она не связана с ним никакими историческими или символическими узами. Необходимо было с самого начала позвать на помощь специалистов по истории Москвы и такой дисциплине, как сакральная топография, и спросить совета у них. Боровицкая площадь наполнена совершенно другими смыслам, это место начала Москвы, пересечения путей. В общем, совершенно другой контекст. Организаторы настаивают именно на таком варианте, и остаётся только смотреть, чем это всё обернётся.

Анатолий Голубовский: Примета надёжная – если поставить закладной камень, то, скорее всего, ничего больше не будет. И эта история вызывает немного оптимизма.