Отец бывшего руководителя ЮКОСа Михаила Ходрковского, 82-летний Борис Ходорковский, был допрошен в Следственном комитете. Формально это связано с вдруг возобновленным через 17 лет расследованием убийства мэра Нефтеюганска в 1998 году. Повестку Борис Ходорковский получил на следующий день после годовщины смерти супруги, под документом стояла подпись следователя Юрия Буртова, который вёл дело об убийстве мэра Нефтеюганска. Допрос продолжался около трех часов. Периодически делали перерывы, потому что отцу экс-главы ЮКОСа было тяжело давать показания так долго. Адвокат Ходорковского-старшего Сергей Бадамшин затруднился с ответом, каковы перспективы дела...

Александр Подрабинек: Власти не оставят Ходорковского в покое, так как он ведёт себя достаточно активно...

"Новая газета": Чтобы Ходорковский уж наверняка успокоился, ударили по самому незащищенному — семье, а конкретно — оставшемуся в России пожилому отцу...

Alexey Venediktov: Очевидно, что вызов на допрос отца Ходорковского -это предупреждение Михаилу Ходорковскому о необходимости сбавить критику российской власти

Без еды, цветов, презервативов и глюкометров мы, конечно, перебьемся, но без турбийонов, видимо, никак.

В новостных лентах и на сайтах итоги этого опроса ВЦИОМа идут под шапкой «Половина россиян за введение цензуры в интернете». Конечно, в опросе и об этом речь тоже. Но не это главное. Что народ за цензуру и повсеместные запреты, мы и так поняли — не вчера и не из этого исследования. Мне в нем другие цифры понравились. Постоянными пользователями Сети в России являются всего лишь 42%. То есть 58% с интернетом никак не соприкасаются! И это в эпоху всемирной компьютеризации, информатизации, тотального киберпространства. А у нас трое из пяти не пользуются интернетом.

Насаждаемое сверху «духовное возрождение» добралось до визитной карточки города на Неве. Санкт-Петербургская епархия попросила у Смольного безвозмездно вернуть ей один из символов Северной столицы — Исаакиевский собор. Известный своим трепетным отношением к православию губернатор Георгий Полтавченко вроде как поддержал обращение, попросил чиновников от культуры рассмотреть и подготовить проект ответа. А это значит, что над Музеем четырех соборов (куда входят также храм Спаса-на-Крови, Смольный и Сампсониевский соборы) занесен дамоклов меч.

В предыдущих заметках я говорил о том, что мы должны будем сделать вне всяких приоритетов (помочь тем, кто сам себе помочь — увы! — не может) и о главном приоритете — образовании. И поскольку никто с этим спорить особо не стал — честно говоря, даже не ожидал такого консенсуса, — самое время разобраться, куда нам надо скидываться на эти и другие, тоже важные, общие дела. Давайте начнем не с Москвы или Питера (тут все не так очевидно), а с какого-нибудь маленького городка или вообще сельского поселка. Где все друг друга знают и всё на виду: запойный тракторист Вася, колдобины на единственной заасфальтированной улице, школа постройки как бы не времен Очакова и предыдущего покоренья Крыма, участковый Петя и 20 книжек в поселковой библиотеке.

Не трудно видеть, что страна разочаровалась в демократии. И для этого, кстати, есть все основания. Ведь «парламент» (не сигареты, а тот, другой) клепает законы один разрушительнее другого. Согласно совместным исследованиям ВЦИОМ и загадочной Анненбергской школы из Пенсильвании — как уж они соединились во время санкций, ума не приложу, — половина россиян стоят за цензуру мозга. То есть за фильтры прямо на входе модема. 93% поддерживают самые бредовые постановления власти, вроде того чтобы сжигать качественные продукты питания на границе, а то и отправлять на Донбасс, чтобы обратно возвращался «Донбасский хамон». Да и в самом мандате доверия, который российское население добровольно выдало империалистической олигархии, есть что-то глубоко паталогическое. 

Евгения Васильева, бывшая высокопоставленная сотрудница Минобороны, осужденная 8 мая на пять лет заключения, загадочным образом исчезла в колонии во Владимирской области. Скандал начался после сообщений СМИ, что женщина, похожая на осужденную Евгению Васильеву, была замечена в центре Москвы. Адвокат Васильевой и ее родственники весьма туманно отвечали на вопросы о том, где находится осужденная. Федеральная служба исполнения наказаний после длительного молчания выдавила из себя: «Васильева в настоящее время находится в одном из учреждений». Однако члены Общественной наблюдательной комиссии по Владимирской области не нашли Евгению Васильеву в колонии № 1...