В оппозиции
27 января 2020 г.
Мосгорстыд

Около Московского городского суда стоит статуя, на которой изображены два быка, упершиеся друг в друга рогами. Под статуей подпись: «Правда – побеждает». Животные вылеплены старательно, и анатомическая правда в скульптуре есть: издалека видно, что бьются быки, а не коровы. Однако то, что происходило в Мосгорсуде 13.05.2015, походило не на схватку быков, а, скорее, напоминало коровью жвачку, пережёвывающуюся столь же медленно, равнодушно и тупо. Правды в этом процессе не было совсем.
В этот день слушалась апелляция журналиста Александра Рыклина и правозащитника Сергея Шарова-Делоне на приговор об аресте на 10 суток за то, что они 6 мая молча стояли в одиночных пикетах на Болотной площади.

Суд должен был состояться в 12.00. Узников совести —Рыклину и Шарову-Делоне Amnesty International в эти дни присвоила это звание — привезли в 12.30. В третьем часу наконец оба заключенных, приставы и мы, группа поддержки, оказались в зале судебных заседаний, в который быстрым шагом вошел довольно молодой мужчина в судебной мантии.
— А где главные действующие лица? — поинтересовался судья.
— Это мы! — хором откликнулись Рыклин и Шаров-Делоне. Поскольку судья стал внимательно всматриваться в лица узников, Рыклин спросил: «А что, у вас есть сомнения?» На что судья заявил, что сомнения у него есть, поскольку ни Рыклин, ни Шаров-Делоне совершенно не похожи на гражданку Терехину (Ольга Терехина была арестована одновременно с Рыклиным и Шаровым-Делоне и приговорена к 15 суткам ареста, так что путаница могла для кого-то из них плохо кончиться).
Рыклин посмотрел на Шарова-Делоне, тот посмотрел на Рыклина, но признаков гражданки Терехиной так ни в ком и не обнаружили. В итоге вся компания, узники, адвокат, приставы, полицейские и мы, группа поддержки, пошли бродить по бесконечным коридорам Мосгорсуда в поисках места, где кто-нибудь сможет наконец рассмотреть нашу апелляцию. Журналист Рыклин все это время весьма живо рассказывал о тюремном быте и о своих новых знакомых из числа сокамерников. Судя по всему, за время, проведенное в камере, журналист Рыклин узнал много интересного и, в частности, пополнил свой словарь. Больше всего ему понравился термин «объебон». Так, оказывается, называется бумага, на основании которой человека держат за решеткой. Так что с нетерпением ждем новых публикаций журналиста Рыклина после выхода из заключения. Возможно, он как главный редактор «ЕЖа» приведет на страницы журнала и новых авторов, и Виктору Шендеровичу с Георгием Сатаровым придется потесниться…



Тем временем поиски места, где нас должны были судить, вроде бы увенчались успехом, но выяснилась новая беда: администрация узилища, отправляя сидельцев в суд, забыла дать их конвоирам паспорта, без предъявления которых в суде процесс вроде бы не может состояться. За паспортами послали… В начале пятого, то есть через четыре с лишним часа после назначенного времени, мы вновь зашли в зал суда. 
Молодой человек, который сказал, что он судья Мисюра, объяснил, что он будет рассматривать нашу апелляцию. И тут состоялся диалог, который не снился никакому Кафке.
— Паспорт есть? — строго спросил судья Мисюра журналиста Рыклина.
— Нет! — радостно воскликнул журналист Рыклин. Дело в том, что приставы, посланные за паспортами сидельцев, так и не вернулись, а, возможно, никуда и не уезжали. 
— А какие-нибудь иные документы, подтверждающие личность, у вас есть? — продолжил свои попытки соблюсти приличия судья Мисюра.
— Нет, никаких документов у меня нет! — продолжал глумиться над правосудием журналист Рыклин.
— Тогда приступим, — строго сказал судья Мисюра.



То есть если бы у журналиста Рыклина обнаружился паспорт или какая-либо иная бумажка, подтверждающая, что он — это он, то рассматривать дело было бы никак нельзя, а поскольку документов нет, и личность не установлена, то самый раз рассмотреть.
Потом журналисту Рыклину было предложено выступить, что он и сделал. В своем выступлении журналист Рыклин объяснил, что молча стоял на одиночном пикете, никого не организовывал, о чем свидетельствует видеоматериал, который судья Мисюра приобщил к делу и обещал просмотреть. Еще журналист Рыклин рассказал, как ребят – полицейских, сержантов, их начальник, майор, заставлял писать лживые рапорты, как он диктовал им ложь про то, что журналист Рыклин и правозащитник Шаров-Делоне кричали «Смерть фашизму!» и организовывали скандирование этого возмутительного в преддверии 70-й годовщины Победы лозунга окружающими. Еще журналист Рыклин сказал, что несмотря ни на что продолжает верить, что суд в России может быть независимым от исполнительной власти. В этот момент судья Мисюра посмотрел на журналиста Рыклина, и взгляд у него был весьма странный.
После чего судья Мисюра долго смотрел видео, из которого ясно следовало, что и журналист Рыклин, и правозащитник Шаров-Делоне стояли молча в одиночных пикетах, никого ни на что не организовывали, а когда полиция стала их задерживать, без малейшего сопротивления так же молча пошли в машину. 
После чего судья Мисюра ушел совещаться со своей судейской совестью, а когда вышел, то зачитал приговор. Суть приговора в том, что судья Мисюра выяснил, что все, написанное сержантами под диктовку полицейского майора, — правда. А слова журналиста Рыклина и подтверждающее их видео, — ложь и монтаж. Поэтому в иске об отмене приговора — отказать.
— Вам понятен приговор? — спросил журналиста Рыклина судья Масюра.
— Да, Ваша честь. Непонятно лишь то, зачем вы так безобразно обращаетесь со своей бессмертной душой, — ответил журналист Рыклин.
Впрочем, ответ журналиста Рыклина застал судью Мисюру уже на полдороге к выходу, поскольку рабочий день Мосгорсуда уже заканчивался.
А возможно, судья Мисюра просто не понял, о чем ему сказал журналист Рыклин. Возможно, у судьи Мисюры и души-то никакой никогда не было, а если и была, то он ею никогда не пользовался. И в этой связи мне показалось, что вместо вопроса о бессмертной душе было бы намного актуальнее напомнить судье Мисюре о неизбежности люстрации, а также об уголовной ответственности за вынесение заведомо неправосудного приговора, что влечет за собой срок от 4 до 10 лет. Впрочем, судья Мисюра — человек молодой и крепкий, он обязательно доживет до собственной люстрации и до своего суда.



Фотографии автора














  • Андрей Колесников: Базовый принцип тут – никакое действие оппозиции не должно оставаться без ответа. И то, как именно тут поступили, это довольно изобретательное решение, технологически красивое.

  • Медуза: Сергей Кривенко, «Гражданин и армия»: ...хватать и забирать человека все равно незаконно. Армия — это не тюрьма. Они должны были просто начать снова его призывать.

  • Леонид Волков: В октябре они объявили ФБК иностранным агентом. В декабре они сотрудника ФБК принудительно отправили в суперсекретную военную часть, где С-400 на боевом дежурстве стоят.

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Оппозиционера Шаведдинова наказали армией и георграфией
25 ДЕКАБРЯ 2019 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Менеджер ФБК Руслан Шаведдинов был похищен из своей квартиры, в тот же день вывезен из Москвы и отправлен для прохождения срочной службы на архипелаг Новая Земля. Это было именно похищение, а не призыв в армию, поскольку Шаведдинов оказался на Новой Земле до того как был рассмотрен его очередной иск по обжалованию решения призывной комиссии. Навальный предположил, что план по изоляции Руслана Шаведдинова составлял лично Путин. Возможно, это преувеличение, но масштаб и стремительность спецоперации – в тот же день самолетом на Новую Землю, минуя сборный пункт и учебное подразделение, а также привлечение сил ФСБ и СКР для призыва обычного срочника – впечатляет.
Прямая речь
25 ДЕКАБРЯ 2019
Андрей Колесников: Базовый принцип тут – никакое действие оппозиции не должно оставаться без ответа. И то, как именно тут поступили, это довольно изобретательное решение, технологически красивое.
В СМИ
25 ДЕКАБРЯ 2019
Медуза: Сергей Кривенко, «Гражданин и армия»: ...хватать и забирать человека все равно незаконно. Армия — это не тюрьма. Они должны были просто начать снова его призывать.
В блогах
25 ДЕКАБРЯ 2019
Леонид Волков: В октябре они объявили ФБК иностранным агентом. В декабре они сотрудника ФБК принудительно отправили в суперсекретную военную часть, где С-400 на боевом дежурстве стоят.
В судах рождается поколение могильщиков режима
6 ДЕКАБРЯ 2019 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
В Москве — день приговоров. Судья Кунцевского суда Светлана Ухалева приговорила Егора Жукова за видеоролики, в которых он критиковал власть и призывал к ненасильственному протесту, к 3 годам условно. Плюс на два года запрет заниматься администрированием сайтов и схожими видами деятельности (то есть фактический запрет на пользование интернетом). А еще судья Ухалева приговорила к смертной казни керамическую фигурку лягушек, изъятую у Жукова во время обыска и либертарианский флаг, похищенный у него тогда же. Судья Тверского суда Мария Сизинцева приговорила к штрафу в 120 тысяч рублей Павла Новикова за удар пластиковой бутылкой по шлему нацгвардейца.
Прямая речь
6 ДЕКАБРЯ 2019
Николай Сванидзе: Скорее всего, власть удивляется резонансу, который возник вокруг дела Жукова и его личности. Конечно, как полноценную политическую фигуру его не воспринимают, слишком молод...
В СМИ
6 ДЕКАБРЯ 2019
"Коммерсант": Кунцевский районный суд Москвы приговорил фигуранта «московского дела» студента Высшей школы экономики (ВШЭ) Егора Жукова к трем годам колонии условно с испытательным сроком два года...
В блогах
6 ДЕКАБРЯ 2019
Кончтантин фон Эггерт: Система сломалась на 21-летнем студенте из Крылатского.
Верховный суд обслужил силовиков. «За права человека» ликвидировано
5 НОЯБРЯ 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
В минувшую пятницу Верховный суд удовлетворил иск Минюста и прекратил деятельность правозащитной организации «За права человека» на территории РФ. Движение, которое бессменно возглавляет один из наиболее авторитетных отечественных правозащитников Лев Пономарев, формально прекратило свое существование. Впрочем, сам Лев Александрович утверждает, что «движение продолжит свою работу и без юридического лица». Формальные претензии Минюста, поддержанные высокой судебной инстанцией, заключаются в том, что ЗПЧ, якобы, не в полном объеме предоставило отчет за первую половину текущего года как «организация, признанная иностранным агентом». 
Прямая речь
5 НОЯБРЯ 2019
Андрей Колесников: Если это окажется не очень заметной структурой, то ей могут позволить существовать. Но если структура станет разрастаться, то её тут же начнут убирать.