- АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
- АЛЕКСАНДР ОСОВЦОВ
- АЛЕКСАНДР ПОДРАБИНЕК
- АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
- АЛЕКСАНДР ЧЕРКАСОВ
- АЛЕКСЕЙ КОНДАУРОВ
- АЛЕКСЕЙ МАКАРКИН
- АНДЖЕЙ БЕЛОВРАНИН
- АНДРЕЙ СОЛДАТОВ
- АНТОН ОРЕХЪ
- ВИКТОР ШЕНДЕРОВИЧ
- ВЛАДИМИР ВОЛКОВ
- ВЛАДИМИР НАДЕИН
- ГЕОРГИЙ САТАРОВ
- ДМИТРИЙ ОРЕШКИН
- ЕВГЕНИЙ ЯСИН
- ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
- ИННА БУЛКИНА
- ИРИНА БОРОГАН
- МАКСИМ БЛАНТ
- НАТЕЛЛА БОЛТЯНСКАЯ
- НИКОЛАЙ СВАНИДЗЕ
- ПЕТР ФИЛИППОВ
- СВЕТЛАНА СОЛОДОВНИК
- СЕРГЕЙ МИТРОФАНОВ
- Все авторы

Теракты в бельгийской столице политическая элита России встретила с лицемерной миной сочувствия на лице и чувством глубокого удовлетворения в черных душах. Если сочувствие полагалось по протоколу, то чувство глубокого удовлетворения под маской скорби имело рациональное обоснование. «Потому что “мы ж вам говорили, предупреждали, а вы…” И “вот не захотели сотрудничать с Россией — так получи, фашист, гранату!”» — как говаривали у нас во дворе. В этом ключе высказался и премьер Медведев, и министр иностранн
Если попытаться одним словом описать реакцию представителей российской власти на теракты в Брюсселе, то, пожалуй, точнее эпитета, чем «саморазоблачительная», подобрать будет затруднительно. Убедиться в этом легко. Достаточно просто подряд прочесть высказывания нескольких наших политических и общественных деятелей по поводу страшной трагедии – депутатов, разных официальных лиц, придворных экспертов и журналистов. Тон задала представитель МИДа Мария Захарова. Она как бы установила планку, обозначила рамки, сразу известив всю эту разношерстную команду, как правильно и патриотично реагировать на взрывы в Брюсселе.
Никакой неожиданности в городе Донецке Ростовской области не произошло. Когда 22.03.2016 судья Леонид Степаненко объявил приговор Надежде Савченко в виде лишения свободы сроком 22 года с отбыванием в колонии общего режима и штрафа в 30 тысяч рублей, все это уже не имело никакого значения. Потому что никто из тех, кто участвовал в этом двухлетнем кафкианском действе со стороны суда и обвинения уже давно ничего не решал: ни судьи Али Хайбулаева, Евгения Черныш и Леонид Степаненко, ни следователь Маньшин, ни руководство Генпрокуратуры — никто. Они все перестали что-либо решать после того, как у кого-то в Следственном комитете России возникла идея быстро раскрутить громкое дело...






