Белорусское зеркало
18 сентября 2021 г.
Лукашенко послали на четыре буквы… на ОДКБ
20 АВГУСТА 2020, АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ

В Беларуси — классическое временное равновесие сил диктатора и оппозиции. Революционный порыв народа, как и забастовочное движение, не нарастают. Лукашенко, воспользовавшись передышкой, вовсю запугивает натовскими танками на белорусских границах (активная фаза учений войск альянса Defender Europe 2020 благополучно завершилась около месяца назад), перебрасывает войска к западной границе. При этом грозит всевозможными карами только созданному Координационному совету белорусской оппозиции. И со страстью недавно брошенной жены все звонит и звонит Владимиру Путину, выпрашивая все новых обещаний помочь силой «в случае чего».



И вот белорусское военное ведомство уже распространяет фотографии высаживающихся в аэропорту Барановичи бравых российских десантников, которых белорусские девушки встречают хлебом-солью. Ни дать, ни взять «освободительный» поход Красной Армии 1939 года. Но не волнуйтесь, уважаемые читатели, не листайте судорожно страницы в смартфонах. Не началось. Пока не началось.

Несколько десятков наших солдат переброшены в братскую республику для участия в «АРМИ-2020», многочисленных конкурсах военного мастерства, которые ведомство Сергея Шойгу ежегодного проводит в России и союзных государствах. Надо сказать, события происходят так стремительно, а батькин поток сознания столь мощен, что обслуживающие структуры даже не пытаются выстроить пропаганду в сколько-нибудь логическую систему. Ведь если на секунду принять на веру лукашенковские пассажи о нарастающей каждый час военной угрозе, о необходимости экстренной переброски войск, то как можно отвлекать в столь грозный час своих военнослужащих на проведение каких-то дурацких конкурсов?



Между тем, Кремль, очевидно, не определился с тем, как реагировать на происходящее. Официальные пропагандисты сдержанно упрекают Батьку в избыточном насилии. Министр иностранных дел Лавров, с одной стороны, признает, что выборы в Белоруссии прошли «неидеально» (ну кто же так душит, под яблочко надо, под яблочко!), а с другой — вслед за Александром Григорьевичем вещает про «геополитические расчеты» неких соседних государств. При этом в ответ на лукашенковские призывы Кремль делает несколько двусмысленные заявления, обещает «оказать необходимое содействие в разрешении возникших проблем на основе принципов Договора о создании Союзного государства, а также в случае необходимости по линии Организации Договора о коллективной безопасности». Вроде бы и поддерживает Путин, но упоминание ОДКБ в данном контексте — это максимально дипломатичный вариант «Да пошел ты…». Потому что оказание военной помощи «по линии» ОДКБ связано с рядом процедур.

Нужно установить факт внешней агрессии. Понятно, что для дошедшего до точки диктатора устроить заварушку где-нибудь на литовской границе не вопрос. Но потом-то для оказания братской помощи следует проводить как минимум консультации руководителей стран-членов, выбивать из них согласие на интервенцию. Очень сомневаюсь, что, например, Казахстан, строящий свои особые, отличные от российских, отношения с Западом, имеющий на своей территории «русские области», рискнет проштамповать решение о вторжении. По крайней мере, слов одобрения по поводу присоединения Крыма Кремль от союзников по ОДКБ так и не дождался. Однако тогда Москва хотя бы в качестве оправдания могла привести желание подавляющего большинства крымчан «возвратиться», но теперь у белорусов никакого такого желания не просматривается вовсе.

Впрочем, есть документы, которые позволяют формально-юридически оформить интервенцию без особых хлопот. Это неработающее соглашение о создании Единой системы ПВО и также неработающее соглашение о российско-белорусской региональной группировке войск (две недели назад я писал об этой военно-дипломатической фикции). Создавая эти как бы объединенные военные системы, Лукашенко вел очень сложную игру. С одной стороны, он был обречен демонстрировать союзническую верность в обмен на российские нефть и газ. С другой, решительно не желал подчинять своих генералов российским. И придумывал бесконечные дипломатические оговорки, которые сделали бы существование таких группировок невозможным. В частности, до бесконечности уточнялось определение «угрожаемого периода», когда эти группировки формируются и российские войска входят на белорусскую землю.

Казалось бы, коль скоро Лукашенко надрываясь кричит о военной опасности со стороны НАТО, «угрожаемый период» налицо. Вводи в действие двусторонние документы и без всякого ОДКБ вторгайся. Однако Путин не торопится.

И дело, как мне представляется, не только в нежелании противостоять всему белорусскому народу. Проблемой при вторжении может стать и наш верный союзник — 65-тысячная белорусская армия, неплохо оснащенная и вполне боеспособная. Любой солдат, и белорусский не является исключением, не является ушлым политологом, способным переобуваться на лету. Представьте, пару недель до выборов Лукашенко вовсю разыгрывал антироссийскую карту, утверждал, что главная угроза — вмешательство Москвы, проводил учения и мобилизацию в Витебской области. А теперь, объявив, что главная угроза от НАТО, перебрасывает войска из Витебской области в Гродненскую. И вот представьте, что в этой ситуации Лукашенко официально запрашивает военную помощь России и Москва, откликнувшись на призыв, вводит войска. У белорусских солдат точно случится когнитивный диссонанс…

В этой ситуации одного приказа Верховного главнокомандующего будет недостаточно. Боюсь, что мало будет и приказов высшего военного начальства. О нейтралитете придется договариваться непосредственно с командирами частей и соединений. Грубо говоря, с теми, у кого ключи от складов с боеприпасами и ангаров с военной техникой. И кто реально может приказать эти боеприпасы и технику использовать…

В то же время в Кремле понимают: новая белорусская власть в силу своей демократической сущности будет ориентироваться на Запад, а не на Россию. И, не зная, что делать, Москва посылает Александра Григорьевича… на четыре буквы. На ОДКБ.

Ну а пока крупные внешнеполитические решения еще предстоят, кто-то решил окончательно зачистить внутриполитическую поляну. При возвращении из Томска в Москву в самолете потерял сознание Алексей Навальный. Омские медики диагностировали острое отравление. Ведущий оппозиционный политик сейчас в коме. Чтобы никто не хотел, как в Беларуси…

Фото: сайт Минобороны республики Беларусь.












  • Алексей Макаркин: ...если бы вдруг присоединили Беларусь, это была бы новая реальность. А если речь идёт о 28 программах, то может встать другой вопрос: а за чей это счёт?

  • «Московский комсомолец»: Лукашенко вдруг забыл о «многовекторности» и заговорил (это было в марте 2021-го), что в случае агрессии НАТО со стороны Польши...

  • Михаил Могилевкин: Отправить бандероль в Минск – 1000 руб. Одна минута разговора с Минском (на домашний телефон) стоит 34руб. 40 коп. Для сравнения: с Нью-Йорком – 33руб. 35 коп...

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Самая дорогая база в мире
13 СЕНТЯБРЯ 2021 // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Российско-белорусские отношения – предмет безусловно загадочный. Умом его понять невозможно. К примеру, телевидение обеих стран безостановочно, буквально 24 часа в сутки под фанфары рассказывает, как замечательно проходят совместные стратегические учения России и Белоруссии «Запад-2021». Это – главное военное событие года (ну, если не случится какой-нибудь войнушки). Вот боевые машины 1-й танковой армии громят агрессора. Вот героические парашютисты совершают беспримерный ночной десант. Вот артиллерия обрушивает огненный вал на врага.
Прямая речь
13 СЕНТЯБРЯ 2021
Алексей Макаркин: ...если бы вдруг присоединили Беларусь, это была бы новая реальность. А если речь идёт о 28 программах, то может встать другой вопрос: а за чей это счёт?
В СМИ
13 СЕНТЯБРЯ 2021
«Московский комсомолец»: Лукашенко вдруг забыл о «многовекторности» и заговорил (это было в марте 2021-го), что в случае агрессии НАТО со стороны Польши...
В блогах
13 СЕНТЯБРЯ 2021
Михаил Могилевкин: Отправить бандероль в Минск – 1000 руб. Одна минута разговора с Минском (на домашний телефон) стоит 34руб. 40 коп. Для сравнения: с Нью-Йорком – 33руб. 35 коп...
Герои не только не умирают. Герои и не сдаются
7 СЕНТЯБРЯ 2021 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Ровно год назад белорусский политик Мария Колесникова была арестована белорусскими властями за, якобы, попытку незаконного пересечения границы. На самом деле произошло это после того, как силовикам не удалось насильственным путем выдворить Марию на территорию Украины – прямо на пограничном пункте она порвала свой паспорт. Через пару дней уже в Минске был задержан ее ближайший сподвижник Максим Знак. А 6 сентября уже этого года столичный суд признал обоих виновными в попытке захвата власти и приговорил к длительным срокам заключения. 
Прямая речь
7 СЕНТЯБРЯ 2021
Борис Пастернак: Скорее всего, они впаяли максимальный срок, чтобы это стало предметом торга. Но там такие статьи, что этому никто не удивился, спасибо, что не расстрел. 
В СМИ
7 СЕНТЯБРЯ 2021
Новая газета: В центре Европы выживший из ума человек, наделенный утробным инстинктом власти, захватил в заложники целый народ, бросил Марию в тюрьму — и никто ничего не может сделать.
В блогах
7 СЕНТЯБРЯ 2021
Саша Филипенко: Как долго Мария Колесникова, Максим Знак, Саша Василевич и другие политические заключенные будут в тюрьме — зависит от каждого из нас
Лукашенко провел большую пресс-конференцию. Ну, очень большую
10 АВГУСТА 2021 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Белорусский диктатор уверенной поступью идет по стопам своего старшего восточного брата. А действительно – зачем выдумывать новые жанры и форматы, когда есть надежные, годами отполированные старые? Мероприятие назвали «Большой разговор». Ну, разговор и впрямь получился не коротким. За восемь часов Александр Григорьевич ответил более чем на пятьдесят вопросов. Это пока недостижимый результат для Владимира Путина, российскому президенту есть, к чему стремиться. Неудивительно, что к вечеру минувшего понедельника новостные ленты русскоязычных ресурсов оказались замусорены удивительными цитатами...
В СМИ
10 АВГУСТА 2021
Дождь: Во время своего выступления 9 августа Лукашенко сделал много ярких заявлений, в частности, назвал фейком утверждения о жестоком подавлении протестов.