Путин и общество
19 августа 2022 г.
Владимир Путин обозначил главные угрозы своей власти
21 НОЯБРЯ 2014, АЛЕКСЕЙ МАКАРКИН

kremlin.ru

В минувший четверг в Кремле на заседании Совбеза РФ президент России одобрил проект «стратегии противодействия экстремизму». Из выступления главы российского государства очевидно, что, с его точки зрения, основную опасность для действующего режима представляет «импорт цветных революций». В ходе обсуждения Владимир Путин, в том числе, заявил: «Сегодняшний экстремизм имеет вполне объяснимую природу, террористы не появляются на ровном месте, у них есть спонсоры, есть направляющая рука. Те, кто специально создает все условия для дестабилизации... Мы видим, к каким трагическим последствиям привела волна так называемых цветных революций, какие потрясения испытали и испытывают народы стран, которые прошли через безответственные эксперименты подспудного, а иногда и грубого, как у нас говорят, «ломового» внешнего вмешательства в их жизнь. Для нас это урок и предупреждение, и мы обязаны сделать все необходимое, чтобы подобное никогда не случилось в России... Россия сегодня оказалась в непростой ситуации, нам постоянно подбрасывают проблемы со стороны, хотя и своих хватает с лихвой. И как бы ни говорили сегодня о сплочении нации, в России хватает тех, кто ищет повод для новых конфликтов…»

Прокомментировать итоги вчерашнего заседания Совбеза РФ, ответить на вопрос, что для гражданского общества России, для оппозиции означает принятие данной стратегии, кого имел в виду Путин, говоря о «тех в России, кто ищет новых конфликтов», мы попросили политолога, заместителя директора Центра политических технологий Алексея МАКАРКИНА.

Российская власть сейчас находится перед несколькими выборами. Первый — как далеко заходить в противостоянии с Западом и с Украиной и где пролегает предел возможных рисков. Причём речь идёт не о противостоянии ради противостояния, а о конкретных вещах. Например, о необходимости договориться о коммуникациях с Крымом. Наступает зима со всеми вытекающими последствиями, переправа через Керченский пролив закрыта, и есть вопрос, как транспортировать грузы и людей. С другой стороны, Запад провёл «красную черту» в ситуации на юго-востоке: сейчас санкции не ужесточат, но наступление в сторону Мариуполя повлечёт их заметное усиление.

Вторая проблема — экономика. Есть группа экономистов, которая предлагает вернуться к модифицированной советской модели, взять некоторые элементы мобилизационной экономики и резко ужесточить контроль над частным бизнесом. Государственным компаниям, в первую очередь «Роснефти», уже оказана значительная поддержка, и это можно довести до конца, добившись того, чтобы все ключевые отрасли находились под государственным контролем.

Есть экономисты, которые предлагают вспомнить Китай и площадь Тяньаньмэнь. Тогда после крайне жестокого разгона оппозиции были введены международные санкции, и Китай сделал выбор не в пользу возвращения к логике культурной революции, а, наоборот, взял курс на рыночную экономику, привлечение инвесторов и создание свободных экономических зон. И это привело к известным результатам.

Третий вопрос, который имеет прямое отношение к Совбезу: что делать внутри страны? Одна точка зрения гласит, что надо ещё больше ужесточить надзор и вводить некоторые элементы мобилизации общества по модели военного времени. Понятно, что речь не идёт о комендантском часе или чрезвычайном положении, но предлагается действовать с пониманием того, чтоÀ la guerre comme à la guerre, страна делится на своих и чужих и чужие — это враги.

Альтернативная точка зрения сводится к тому, что политику экономических реформ следует продолжать, но по отношению к оппозиции надо вести себя достаточно жёстко. У силовых структур должна быть значительная роль, потому что любые реформы угрожают ростом протеста, что видно на примере медицинских преобразований. Но при этом не надо заходить слишком далеко, требуется проводить селекцию. Те, кто призывает к насильственному свержению власти, — враги. Но с теми, кто её просто критикует, не переходя некие, очень размытые, границы, можно взаимодействовать и что-то им разрешать. Признаки второго подхода мы видим в последние дни, когда вдруг Макаревич выигрывает суд у Проханова, относительно счастливо разрешается ситуация с «Эхом Москвы» и даётся шанс на выживание «Мемориалу». Это несколько иной подход, чем тот, которые был раньше. И выступление президента на Совете безопасности оставляет возможность для реализации любого варианта политики. Его можно трактовать и так, и так, но некоторые оговорки указывают, что в конечном итоге подход может носить очень разный характер в отношении разных политических сил. Власть посылает сигнал: если кто-то пойдёт на улицы с призывами, то с ним поступят максимально жёстко, но с иными могут даже пытаться наладить контакт.

Понятно, что эти три проблемы взаимосвязаны друг с другом, принятие каких-то решений в экономике означает определённые политические последствия. И Совбез отражает попытки поиска ответов на эти вопросы.

Когда окончательный выбор будет сделан, никто, конечно, не будет прямо об этом говорить и вносить в Думу соответствующий закон. Это будет понятно по конкретным действиям. В случае с Украиной индикатор ясен: продвигается ли Россия дальше или останавливается и начинает сложные переговоры. По поводу экономики ходят слухи, что какие-то решения могут быть озвучены уже в декабрьском послании президента. Тут как раз можно ожидать каких-то конкретных распоряжений и законопроектов. Но с экономикой всё непросто, потому что, даже если решить, что мы сейчас быстро приступаем к реформам, это может столкнуться с различными рисками. Насколько к этому готова существующая экономическая модель? Насколько государство готово реально меняться? И как измениться роль силовиков? В случае преобразований их задача сводится к защите власти от оппозиции, как в 60-е годы в Корее. Но сейчас у нас это только одна из функций силовиков, у них есть ещё огромная экономическая роль. Наконец, есть проблема коррупции. Так что никакой уверенности, что на этом пути точно удастся добиться чего-то, похожего на китайский прорыв начала 90-х, нет.

В том, что касается внутренней политики, индикаторами также будут конкретные действия, а не слова. Потому что слова можно трактовать по-разному. Даже заявление о «противостоянии противникам, но о взаимодействии с гражданским обществом» может подразумевать любой вариант. Под гражданским обществом можно понимать, например, радикальных православных активистов, которые поддерживают скорее первый сценарий.



Фотография сайта kremlin.ru
















  • Аббас Галлямов: Элита абсолютно неконсолидирована: подавляющее её большинство никакой войны не хочет, однако открыто выступить против люди боятся.

  • ФАН: Российское посольство в Швеции не стало комментировать высказывание дипломата Виктора Татаринцева о санкциях.

  • Гасан Гусейнов: Татаринцев подтвердил мои слова о клоачности... текущего русского политического языка... Грустная формула жизни для человека путинской эпохи - не только для посла РФ в Швеции: авось-небось-насрать.


РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Разгром военной оппозиции
15 ФЕВРАЛЯ 2022 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Покаянное слово полковника Ходаренка. «Дипломат» Кадыров на фоне «сортирной» дипломатии МИДа. Тотальный запрет на мысль в российском телевизоре и в российской политике. В этот день 33 года назад, 15 февраля 1989 года, был завершён вывод советских войск из Афганистана. Итог войны: свыше миллиона убитых афганцев и свыше 15 тысяч погибших граждан СССР. Афганская авантюра сыграла существенную роль в развале Советского Союза. Это, что называется, историческая рифма, хозяйке на заметку.
Прямая речь
15 ФЕВРАЛЯ 2022
Аббас Галлямов: Элита абсолютно неконсолидирована: подавляющее её большинство никакой войны не хочет, однако открыто выступить против люди боятся.
В блогах
15 ФЕВРАЛЯ 2022
Гасан Гусейнов: Татаринцев подтвердил мои слова о клоачности... текущего русского политического языка... Грустная формула жизни для человека путинской эпохи - не только для посла РФ в Швеции: авось-небось-насрать.
В СМИ
15 ФЕВРАЛЯ 2022
ФАН: Российское посольство в Швеции не стало комментировать высказывание дипломата Виктора Татаринцева о санкциях.
Месть домашнего тирана
11 ФЕВРАЛЯ 2022 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
На Западе не оценили некрофильскую шутку Путина про «терпеливую красавицу», которую многие сочли цитированием творчества музыкального коллектива «Красная плесень», и иные решили, что Путин просто вспомнил матерные частушки из своего трудного детства. Российский телевизор немедленно дал отпор англосаксам. Специально для этого в программу «60 минут» от 10 февраля был приглашен член Совета Федерации полковник ФСБ Игорь Морозов. Игорь Николаевич подошел к делу отмывания своего коллеги Владимира Путина от «красной плесени» обстоятельно и профессионально.
Прямая речь
11 ФЕВРАЛЯ 2022
Николай Сванидзе: Всё это свидетельствует о слабости государства... При этом степень свирепости государства усиливается со временем.
В СМИ
11 ФЕВРАЛЯ 2022
ZNAK: Путин, говоря о том, что президенту Украины Владимиру Зеленскому не нравится ни один пункт из так называемых «минских соглашений», заявил: «Ну, нравится не нравится — терпи, моя красавица. Надо исполнять».
В блогах
11 ФЕВРАЛЯ 2022
Артем Торчинский: Система сжирает неравнодушных
Протест в условиях диктатуры
9 ФЕВРАЛЯ 2022 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Петиция Яшина: мнения социологов Эйдмана и Юдина. Орангутан Бату — наш следующий президент. Некрофильские шутки Путина. Петиция за отставку главы Чечни Рамзана Кадырова, размещённая утром в понедельник на сайте Change.org Ильёй Яшиным, спустя двое суток набрала около 150 тысяч подписей. Поводом для петиции стали недавние угрозы Кадырова в адрес его оппонентов из семьи Янгулбаевых, а также журналистов и правозащитников. Петиция заканчивается призывом к Путину отправить Кадырова в отставку, а в своем видеообращении Яшин требует, чтобы Кадыров подал в отставку самостоятельно.
Прямая речь
9 ФЕВРАЛЯ 2022
Леонид Гозман: Илья понял одну очень важную вещь: Путина никто не боится, а Кадырова боятся. И Илья выступил против того, кого боятся.