Что делать?
21 мая 2024 г.
Южная Корея — «скрепа снизу». А что Тайвань?

ТАСС

Итак, мы сделали осторожное предположение, что надежда на искоренение системной коррупции в Южной Корее — в личной добропорядочности рядовых граждан. Как это может работать? Как персональная честность — величина скорее лирическая — способна конвертироваться в благие перемены на уровне государства?

Инструменты нашлись. Южнокорейские власти рассудили, что, если человек видит несправедливость и не готов о ней молчать, — для него нужно открыть канал прямой связи.

С 2002 года в стране действует закон «О борьбе с коррупцией». Он родился в недрах Комитета по аудиту и инспекции — главном антикоррупционном органе Южной Кореи. Согласно этому закону, каждый совершеннолетний гражданин может инициировать антикоррупционную проверку в отношении любого (!) чиновника.

Однако понятно, что рассматривают подобные обращения тоже чиновники — для которых «ничто человеческое не чуждо». Поэтому придумано правило, чтобы минимизировать коррупционную составляющую на этапе рассмотрения жалобы: чиновник из одного региона работает с сигналами строго из другого, далекого — с которым у него вряд ли есть родственные или деловые связи. А для чистоты результата поднадзорные регионы все время тасуются.

Кроме того, с 1999 года работает знаменитая программа Open, которой южнокорейцы очень гордятся. Запустить программу стало возможно, когда большинство населения освоилось в жизни онлайн. Что, кстати, указывает на прямую связь между повышением уровня образования и успехами в борьбе с коррупцией.

Open— это онлайн система контроля за рассмотрением обращений граждан в государственные органы. Человек может в реальном времени наблюдать судьбу своего обращения: куда оно отправилось, кем изучается, с какой скоростью и, наконец, с каким результатом. То есть добропорядочный гражданин может быть уверен, что его беспокойство не оказалось напрасным, от него не отмахнулись и не засунули его послание «под сукно».

Мало того. Если случай коррупции подтверждается, заявитель получает вознаграждение — процент от суммы, которая фигурирует в деле. Процент варьируется от 1%-2% до 10%. Но не более 195 тысяч долларов. Остальное отправляется в казну — а заявитель торжествует морально и материально.

Причем что интересно — в отличие от законодательства большинства развитых стран более суровому наказанию за вовлеченность в коррупционную схему подвергается не взяткополучатель, а взяткодатель.

Идем дальше. Что делать, если ты сам оказываешься объектом коррупции — но скрытой, «домашней», которая в Южной Корее традиционно процветала и оберегалась конфуцианским мировоззрением — в виде системы подношений и подарков?

Чтобы не подвергать граждан тяжкой дилемме, в 2016 году вышел закон, регулирующий возможную стоимость подобных знаков внимания. Подарок — не более 43 долларов, обед в ресторане — не более 25-ти. Закон распространяется на госслужащих, преподавателей вузов и журналистов.

У закона сразу появились противники. Ведь если эти правила написаны пером — значит, зафиксировано, что означенные категории граждан не чисты на руку. Нет, сказал законодатель, мы просто облегчаем им жизнь. А если действительно не чисты и не собираются выполнять закон — последует ощутимый штраф. За превышение стоимости подарка в 10 раз и более — тюремное заключение.

И вот уже хозяева магазинов стали формировать подарочные наборы стоимостью в пределах сорока долларов. А хозяева ресторанов — сочинять меню комплексных обедов или ужинов не дороже 25-ти.

Забавная деталь: распереживались фермеры. Оказывается, до недавних пор принято было дарить «уважаемому человеку» свежую говядину. Продажи ожидаемо упали. Представители разных секторов экономики начали пугать правительство, что в результате этого закона они понесут совокупные убытки на 10,5 миллиардов долларов.

Правительство оценило комичность ситуации: именно это простодушное признание помогло оценить размах «подарочной» коррупции и, соответственно, своевременность принятого закона.

Понятно, что успехи по борьбе с коррупций познаются в сравнении. Для этого международная организация Transparency International (базируется в Берлине) ежегодно публикует Индекс восприятия коррупции — сводную таблицу, показывающую распространенность коррупции в госсекторе практически всех стран мира.

Очередной Индекс был опубликован в феврале этого года. Россия занимает в нем 135-е место. На 1-м месте — Новая Зеландия, далее следует Дания, Финляндия, Норвегия и Швеция. Южная Корея — пока на скромном 51-м. Но зато опережает Китай — тот, несмотря на всю суровость борьбы с коррупцией (включая смертную казнь), на 77-м месте.

Но вот Тайвань, который имел во многом схожие с Южной Кореей стартовые условия, вышел на 29-е место, сравнялся с Португалией и Катаром и постоянно повышает свои показатели. В чем секрет?

В середине ХХ века у Тайваня и Южной Кореи было чрезвычайно много общего: обе страны бедные, с разрушенной экономикой и дикой коррупцией, с конфуцианством в крови и горячим стремлением к полной независимости. У Тайваня такое положение накладывалось еще на болезненные отношения с Китаем, желанием отстроиться не только политически, но и в своей самоидентичности.

Китай до сих пор считает Тайвань своей провинцией и накладывает в ООН вето на признание Тайваня самостоятельным государством. Официально Тайвань называется Китайская Республика. Независимость Тайваня признают лишь 23 страны — в основном карликовые островные плюс некоторые страны Латинской Америки. Но именно эта де-юре «ущербность» является для Тайваня мощным экономическим и культурным катализатором развития: мы — не Китай («мы не рабы»).

Поэтому современный Тайвань оказывается более «западоориентированным», чем та же Южная Корея. В образовании и бизнесе английский язык используется наряду с китайским. Причем в вузах, если вопрос преподавателя задан по-китайски, студент может ответить по-английски и ответ будет принят.

Ныне действующий президент Цай Инвэнь — первый тайванский президент-женщина — публично провозгласила, что примером для подражания ей видится Ангела Меркель.

Кстати, о президентах. На Тайване все последние годы не наблюдалось такой чехарды разоблачаемых первых лиц, как в Южной Корее. Да, все помнят коррупционный скандал, который разразился после ухода президента Чэнь Шуйбяня. Лидер Демократической партии прогресса Чэнь Шуйбянь дважды избирался на президентский пост, после чего в 2008 году был обвинен во всех смертных грехах — взятках, отмывании денег, растрате государственных средств, торговле должностями — и осужден на пожизненное заключение.

В тех же преступлениях плюс дача ложных показаний была обвинена и жена президента — ее имя У — и тоже приговорена к пожизненному сроку. В 2015 году Чэнь Шуйбянь был отчасти помилован — переведен под домашний арест в связи с ухудшением здоровья. А жена его так и продолжает сидеть — несмотря на то, что передвигается в инвалидной коляске.

По-видимому, судьба президента-коррупционера произвела сильное впечатление и на общество, и на властные структуры — больше никто не решился повторить его путь.

Все высшие руководители обязаны — и исправно это делают — отчитываться обо всех личных тратах, включая, например, чеки на авиабилеты. При министерстве юстиции существует Антикоррупционное управление, лозунг которого — «За чистое правительство». Руководство Тайваня декларирует приверженность Конвенции ООН «Против коррупции» и старается принимать участие во всех международных мероприятиях на эту тему.

Возможно, эта подчеркнутая тяга к западным стандартам и позволяет Тайваню довольно успешно бороться с коррупцией, поскольку коррупция в местной ментальности — это архаика, «китайщина», в которой никто не хочет быть замечен.

При этом основная ставка в борьбе за «чистые руки» делается на молодежь и ее образование. Высшее образование построено по американским стандартам — с возможностью выбора самых разных предметов. Образование платное, но стоимость его чуть не в 10 раз ниже, чем в Европе и в США. Поэтому сюда приезжают учиться все больше западных студентов, что позволяет местной молодежи развиваться «поверх границ».

Правда, в тайваньских вузах имеется своя специфика. Например, на первом курсе вы столкнетесь с таким обязательным предметом, как «подметание». Ну да, современному студенту в вечных наушниках не худо напомнить, что «труд сделал человека» — хорошего человека, привыкшего трудиться и отвергающего для себя незаконную наживу (в частности).

Законодательно, кстати, тема незаконной наживы здесь рассматривается иначе, чем в Южной Корее. Более суровое наказание несет не взяткодатель, а взяткополучатель.

В стране действует закон «О защите осведомителей» — то есть имеется запрос на сигналы о коррупции «снизу». И это работает, поскольку в частной жизни жители Тайваня на удивление напоминают южнокорейцев, так же отзывчивы и бескорыстны. Любой «пришлый» может рассчитывать на самую подробную помощь в поисках маршрута, временного жилья и т.д. Если вы уронили в транспорте или на улице кошелек — вам на это любезно укажут, да еще и поднимут. В кафе или ресторане можно смело оставить на столике тот же кошелек, ноутбук, телефон — ваши вещи никто не тронет.

Вообще Тайвань считается одной из самых безопасных стран в мире. По некоторым оценкам, второй после Японии. Вдобавок здесь комфортно и женщинам — одинокая дама даже ночью на улице может чувствовать себя в полной безопасности.

Однако уважение к закону должно же и чем-то зримо подкрепляться. Вот отличный пример. Полиция остановила суперкар Lamborghini Murcielago SV для заурядной проверки документов. В ходе проверки выяснилось, что номерной знак на красавце принадлежит седану Ford. Полиция изъяла суперкар у владельца — за нарушение местных законов. Но это не все. Власти устроили автомобилю показательную казнь — чтобы ни у кого не возникло подозрения, что эта игрушка может быть продана по сходной цене кому-то из «своих» или хотя бы распроданы отдельные ее детали. Несчастный Lamborghini был разорван кранами на мелкие кусочки. А вся процедура записывалась на видео, после чего была выложена в сеть, на YouTube. То есть чтоб никому было не повадно нарушать законы — раз, и чтоб все знали, что полиция ни в коем случае не действует в корыстных целях, — два. Ролик с записью набрал рекордное число просмотров.

Подытоживая, можно предположить следующее. В Южной Корее резервы по общенациональной борьбе с коррупцией власть видит в ментальных и душевных, исторически сложившихся качествах своих граждан. Дайте хорошему человеку возможность сообщить о воровстве — и воровства станет меньше. Избавьте хорошего человека от необходимости делать и принимать ритуальные подарки — и бытовая коррупция сойдет на нет.

А на Тайване включаются другие механизмы. Мало быть хорошим человеком — надо стать человеком с общемировыми ценностями. Борьба с коррупцией должна стать борьбой с собственным прошлым.

В обществах с таким сложным бэкграундом, как Южная Корея и Тайвань, обе схемы должны по-своему работать. Тем более что в обоих случаях упор делается на прозрачность последствий. Но недаром же в последнем Индексе восприятия коррупции Тайвань чуть не вдвое обогнал Южную Корею.












  • Игорь Яковенко: Безумие этой политики в том, что Россия — часть европейской цивилизации...

  • Коммерсантъ: — Вождя не трожьте! — веско выступил пенсионер.— Меня тут в пионеры принимали, я хочу вспомнить, как это было.

  • Культура Достоинства: Как менялась Россия за 40 лет? Коротко! За 5 минут! (видео).
РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
К чему ведет вера в вождя?
6 МАРТА 2022 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
Вождизм, авторитаризм, абсолютизм власти – все эти термины, по сути, описывают одни и те же отношения в обществе: веру большинства народа верховному правителю и послушный театр марионеток в его окружении. Как бы ни назывались филиалы этого театра – Государственная дума, Сенат или Совет безопасности. В современном мире много стран с авторитарными режимами власти. Наиболее развиты они на Востоке, в образе «восточного деспотизма». Исторически сложилось так, что и народ России тоже привык подчиняться правителю, обладающему абсолютной властью. В таких странах, как Россия, Северная Корея, Китай, Туркмения, Куба, авторитарная власть определяет все сферы общественной жизни.
Прямая речь
6 МАРТА 2022
Игорь Яковенко: Безумие этой политики в том, что Россия — часть европейской цивилизации...
В СМИ
6 МАРТА 2022
Коммерсантъ: — Вождя не трожьте! — веско выступил пенсионер.— Меня тут в пионеры принимали, я хочу вспомнить, как это было.
В блогах
6 МАРТА 2022
Культура Достоинства: Как менялась Россия за 40 лет? Коротко! За 5 минут! (видео).
Московия 3.0. Есть ли шансы выскочить из исторической колеи?
26 ФЕВРАЛЯ 2022 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
Модернизация в разных проявлениях. В XX веке в счастливую пору послевоенного расцвета и краха колониальных империй родилась теория модернизации. Она видела страны-образцы, среди которых безусловным лидером были процветающие США, и страны, которым надо постараться быть на них похожими. Для этого нужно было быть рыночными, а главное – демократическими. Модернизация виделась: с одной стороны, как продвижение к зрелому рыночному хозяйству и демократическому устройству, под которым понималось представительное (выборное) правление, разделение властей, верховенство права, права и свободы человека; с другой стороны...
Сказка об инопланетянах
21 ФЕВРАЛЯ 2022 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Давайте посмотрим правде в глаза. Человечество стоит на грани вымирания. Путинская политика балансирования на грани войны с Украиной, стягивание вооруженных формирований к границе, готовность российских солдат и офицеров выполнить приказ главнокомандующего, каким бы чудовищным он ни был, говорят именно об этом. Как и результаты социологических опросов, свидетельствующие об одобрении немалой частью россиян возможных военных действий против соседей. Все это – признак крайне опасной ситуации. Ядерная война возможна, а чем она закончится, не знает никто.
Куда ведет средневековое сознание
14 ФЕВРАЛЯ 2022 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
Войны за территории – это реалии всей истории человечества. Люди убивали соседей, говорящих на другом языке, чтобы захватить их земли. Всегда находились добровольцы, причем с обеих сторон. Нередко это объясняют идеологическими причинами. Мол, люди были готовы умирать за идеи, например, за идею фашизма или коммунизма. Но если смотреть на вещи объективно, то приходится признать, что идеология занимает в этом мало места. Главное – желание захватить территорию для расселения. Это черта внутривидового естественного отбора – по Дарвину. Вспомним, что Гитлер обещал немцам украинские черноземы, если Германия завоюет земли СССР. И этот крючок срабатывал.
Местное самоуправление – школа демократии. Опыт Финляндии
4 ФЕВРАЛЯ 2022 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Тротуары в Петербурге завалены снегом и льдом. Колея на проезжей часть улиц, сугробы на тротуарах. Старики не могут дойти до магазинов, не рискуя сломать ноги, очереди покалеченных в травмпунктах. Почему так? Городские власти в очередной раз демонстрируют свою неспособность справиться с таким неожиданным стихийным бедствием, как зима. А «свои» частные компании только осваивают деньги налогоплательщиков. Таковы реалии городского управления в России 2022 года. Если сравнить ситуацию с уборкой улиц в Петербурге и Хельсинки — это небо и земля. Потому что в России местное самоуправление — фикция. А ведь местное самоуправления не просто дает гражданам возможность влиять на условия жизни, оно служит школой демократии. Финны в этом подают нам пример.
Азиатский способ производства. Уроки для России
26 ЯНВАРЯ 2022 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Нельзя построить отношения собственников на конкурентном рынке без правил, обязательных для всех. То есть в Европе закон — и в сознании людей, и на практике — важнее указаний чиновника. А при азиатском способе указания чиновника всегда важнее закона, «закон что дышло, как повернул, так и вышло».
Как изменить мотивацию у чиновников
17 ЯНВАРЯ 2022 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
События в Казахстане продемонстрировали, кто служит фундаментом власти. Силовики! Возможность творить насилие над своими гражданами – условие устойчивости авторитарного режима. Нет этой возможности – зови иностранные войска, авось помогут. Но, согласитесь, имея даже послушную полицию и армию, невозможно управлять хозяйством. Нужна бюрократия! Бюрократия, административный аппарат – неотъемлемый институт современного общества. При этом бюрократическая вертикаль – стержень и авторитарного режима власти, важная составляющая олигархического «капитализма для своих».